Однако фаворитом этих выборов вне зависимости от их исхода многие считают третьего кандидата — лидера партии «Сильная Украина» Сергея Тигипко. И дело не только в 13% голосов, которые ему удалось набрать по итогам первого тура. Главное, что при любом исходе второго тура у него есть неплохие шансы занять премьерский пост. Что ждет Украину, если выборная лотерея и впрямь окажется беспроигрышной для СЕРГЕЯ ТИГИПКО? Об этом глава «Сильной Украины» рассказывает в интервью корреспонденту журнала «РБК» АНТОНУ ПОПОВУ.

— Второй тур уже совсем скоро, а вы по-прежнему не хотите, чтобы вас причисляли к команде того или иного кандидата. Изменилось ли что-нибудь на сегодняшний день?

— Нет, ничего не изменилось и не изменится. Я не буду поддерживать ни Тимошенко, ни Януковича и не буду агитировать своих избирателей голосовать за того или другого кандидата. Уверен, что люди сами должны принять это решение, поэтому навязывать им свое мнение не буду. Я видел приход во власть в качестве премьеров и Тимошенко, и Януковича. Никаких особых реформ они не предлагали. Никакой стратегии для страны они не разработали. И у меня есть большие сомнения, что сегодня такая программа с их стороны будет предложена и реализована, стань они президентами. Поддерживать то, что они предлагают стране — а это явный популизм, — я точно не буду. Поэтому в данном случае выдержу свою позицию до конца.

— Вы уже говорите как оппозиционер…

— Я говорю как человек, который понимает: стране нужны изменения. Ей нужен не новый президент, не новый премьер, а модернизация. Я готов искать компромиссы, пусть иногда и в ущерб своему рейтингу. Но я хочу видеть изменения в Украине.

— Как идут ваши переговоры о премьерстве с обеими сторонами?

— Тимошенко заявила, что она предложит мне такой пост, если станет президентом. Сначала говорила, что предложит мне премьерство, «если Тигипко поддержит». Потом сказала, что предложит в любом случае. Со стороны Януковича… мы провели переговоры, и в отношении того, что нужно делать в стране, мы нашли общее понимание, общее видение. Но окончательного предложения о сотрудничестве у меня от него пока нет. Он четко понимает: чтобы предлагать премьерство, нужно большинство в парламенте. Когда будет сформировано большинство, тогда и будут предложения.

— Какой, по-вашему, может быть конфигурация нового большинства в Верховной раде?

— Основная борьба развернется за голоса «Нашей Украины». Думаю, там будут работать какие-то договоренности, прежде всего связанные с предстоящими выборами в Верховную раду. Понятно, что депутатов будут интересовать выборы 2012 года или досрочные выборы. Я не исключаю и возможности политической коррупции, когда часть депутатов будет покупаться за деньги, с тем чтобы они вошли в большинство.

— Велика ли вероятность роспуска парламента сразу после президентских выборов?

— Думаю, такая вероятность низка, поскольку окружение и того и другого кандидата не захочет досрочных выборов. Однако моя позиция такова: если президент хочет провести непопулярные, но нужные стране реформы, он должен распустить этот парламент, договориться с новым и получить пять лет стабильности. К концу своего президентства он уже сможет получить от этих реформ положительный результат и с этим результатом идти на следующие пять лет. Если это не будет сделано, то уже в 2012 году у президента могут начаться серьезные проблемы. Но, боюсь, в нынешней ситуации победит не стратегия, а тактика.

— Ваши результаты в первом туре довольно интересны: при общем итоге 13% вы получили 19% в Киевской области и 22,4% в Днепро­петровской области. В ходе кампании вы делали особую ставку на определенные регионы?

— Ставка была одна — на объединение Украины. У нас сейчас гораздо больше общего, чем того, что разделяет. Общее — это прежде всего борьба с бедностью, нереформированная экономика, которая не дает нормально реализоваться экономической инициативе людей. Общее — это то, что человека отодвинули от власти, он не чувствует, что это его власть. Регионы не имеют стимулов для привлечения инвестиций, развития предпринимательства, доходы местных бюджетов планируются «от достигнутого». Общее то, что пенсии маленькие, что сирота не может получить кредит на образование. Когда говоришь об этом, на второй план уходит и язык, и НАТО, и люди одинаково хорошо понимают эти проблемы — что в Луганске, что во Львове.

— Возможно ли, чтобы нынешние выборы привели к вариациям на тему 2004 года?

— Не думаю. Суды могут быть, какая-то возня может быть. Но ни один кандидат не вызовет таких эмоций, которые вызывал в свое время Ющенко. Тогда у людей было явное ощущение, что они борются с коррумпированной вла­стью за свое будущее. Это была тяга к свободе, к истинной демократии. Ни с Тимошенко, ни с Ющенко у людей такие эмоции сейчас не связаны. Они видели их дела, так что вызвать эмоциональный подъем не удастся. Привести людей на митинги за должности, за деньги можно. Но такая акция не будет поддержана ни киевлянами, ни регионами, как это было во время Майдана. Все очень быстро затухнет: это будет фарс, а фарс быстро различим.

— Как вышло, что украинцы привели к победе в первом туре Януковича — того самого, которого они же сами отстранили от власти всего пять лет назад?

— Это нормальный демократический процесс. Майдан дал шанс новой волне политиков. Люди искренне верили, что будут изменения. Этот шанс не был использован, и избиратели снова меняют фаворитов.

— Что заставит вас уйти из политики?

— Пять лет — ничто. Я должен отработать свою программу, я должен посмотреть на результаты. После этого, если не буду понят людьми, допускаю передачу руководства кому-то более подготовленному, возможно, более сильному, чем я. Но пять лет меня из политики ничто не заставит уйти.

— Вы говорите о необходимости сильной власти, но не только в политическом смысле. Банк Развития, протекционизм — создается впечатление, что вы мечтаете и о сильной роли государства в экономике.

— Когда я говорю о сильном центре, то всегда добавляю: при сильном центре необходимы еще и центры инициативы в регионах, на местах. Тут очень важно, чтобы такими центрами инициативы стали местные советы. Потому что местные советы перераспределяют примерно 30% сводного бюджета, а это очень мало. Их долю необходимо довести как минимум до 50%. В регионах лучше знают, как и куда потратить. Но это очень хорошо срабатывает лишь тогда, когда есть сильная власть, потому что воруют в регионах ничуть не хуже, чем в центре. Надо стимулировать регионы к привлечению инвестиций — чтобы максимум доходов от этих инвестиций оставалось на местах.

— Какими были бы первые три решения, которые вы бы приняли, стань вы сегодня премьером или президентом?

— Самое простое, что необходимо делать и в чем самый большой резерв для Украины, — это развитие малого и среднего бизнеса. Он находится в тени, и его загнало туда государство. Как только вы помогаете предпринимателям, выигрывает бюджет и меняется микроклимат в стране. Люди понимают: должна быть не только надежда на государство, а еще и возможность реализовать свои экономические инициативы. Поэтому в первую очередь я бы выбрал дерегулирование экономики. Во-вторых, я бы взялся за изменение и упрощение налогового законодательства. А в-третьих, ввел бы жесткий контроль над всеми проверяющими организациями. Я бы их просто резал, жестко сокращал. С одной стороны, это дало бы кислород обществу. С другой — увеличатся поступления в бюджет. Это самые первые шаги в экономике. Что касается внешней политики — однозначно курс на многовекторность. Нам не стоит искать себе старшего брата, перед которым надо преклонять голову. Мы очень мощная, сильная страна, и нам просто надо понять, что мы самодостаточны. Отношения с той же Россией должны быть прагматичными и партнерскими. У нас есть совместная история, совместные победы, от которых я бы точно не отказывался. У меня отец пришел инвалидом второй группы после Великой Отечественной войны в 21 год — этого я забывать не собираюсь… С другой стороны, я понимаю, что страны разные, у всех свои бюджеты, свои проблемы. И ожидать братских подарков не придется. Каждый должен уметь сам зарабатывать, отстаивать свои интересы, защищать своих учителей, врачей, инвалидов. Поэтому внешняя политика должна строиться на двух основных принципах: экономизации отношений и прагматизме.